Интервью тренера по футболу

Дек 12, 2019 Спорт

Интервью тренера по футболу

Интервью мастеровитого российского футбольного тренера

«Зачем мы сами убиваем интерес к футболу?»
Интервью-лекция Владимира Федотова, главного тренера футбольного клуба «Оренбург»; тренера, который вывел команду в Российскую Премьер-Лигу и после 6 туров идёт на пятом месте. Личные вопросы тоже есть.

Главный тренер ФК «Оренбург» Владимир Федотов
– Русскому футболу не хватает зрелищности. Большинство команд РПЛ играют в антифутбол, прежде всего, разрушают, а не создают. Согласны?
– Нет, конечно.
– Объясните.
– Смотрим повтор матча «Челси» – «Борнмут». Надо понимать, что «Челси» – сборная мира, одна из 10 лучших команд планеты. Что делать «Борнмуту»? Они обороняются вдесятером, процент владения – 82 на 18 в некоторых промежутках. Уровень мастерства абсолютно несопоставимый. Да, они могут раскрыться, но чем это закончится? Как-то мы играли со «Спартаком» в Екатеринбурге. Игра на встречных курсах, закончилась 8:2 в пользу «Спартака». Тренер говорит: «Зрителям же понравилось». А нам, футболистам, не понравилось. Проигрывать 2:8 не может нравиться. Такие поражения переносятся очень болезненно.
– То есть вы согласны, что это так, но не согласны с формулировкой «антифутбол»?
– Закончу мысль по матчу «Челси» – «Борнмут». Наши ребята комментируют – и ни одного слова об автобусе. Они не ругают «Борнмут», потому что это Англия. Так вот. Зачем. Мы. Сами. Убиваем. Интерес. К футболу?! Мы внушаем в голову болельщиков эту мысль. Потом болельщики пишут, что все играют в «автобус». Как бы мы не играли – это клише повешено: «Опять эти паркуют автобус».
– А об Англии так не говорят, потому что Англия – бренд?
– Да, да. В «Борнмуте» собраны очень квалифицированные футболисты, но они не могут играть с «Челси в открытый футбол. Это закончится плачевно. Есть набор футболистов определённого уровня, мы же сами воспитывали этих футболистов. Вот и надо задавать вопрос системе, в которой мы не воспитываем футболистов, которые могут нестандартно сыграть. У них есть набор качеств, отталкиваемся от них. Думаю, это надо пережить и всем включиться в работу. Забыть про «автобусы», перестать вешать ярлыки и получать удовольствие от футбола, который показывают команды. Он неплохой. Не надо создавать этот стереотип, не надо вводить болельщиков в заблуждение. В каждом матче есть нерв, если мы это примем, то футбол расцветёт – он это почувствует. А если давить, говорить, что это «фуфло», то даже хорошее будет фуфлом, поверьте мне.
– Представьте, вы не специалист, вы любите попсу, хотите голов. Вам интересно смотреть, как «Челси» 90 минут бьётся в стену «Борнмута»?
– Да, интересно. Показывают Сарри – он весь на нервах, он бессилен, ведь это бессилие по большому счёту. Спасти матч может только индивидуальное мастерство. Чуть-чуть ускорили игру, разыграли комбинацию, защитника качнули на замахе ─ «Челси» победил. Мастерство позволило Педро исполнить. Другой футболист мог отправить в небеса, матч закончился бы 0:0.

– Вы бы хотели, чтобы ваша команда больше владела мячом?
– Мячом можно владеть, но принесёт ли это нам плоды, вот о чём нужно думать. Конечно, можно сосредоточиться на владении, мы увеличим процент, но улучшиться ли от этого результат? На чемпионате мира команды, которые больше владели мячом, вылетели раньше.
– Без игроков уровня Погба, Канте, Гризманна реально поставить прагматичный и эффективный футбол?
– Ну, мы же прекрасно понимаем, уже не секрет, по идее как всё происходит… Кто становится чемпионом, на ваш взгляд?
– Это риторический вопрос. Нужно отвечать?
– Да. Что нужно, чтобы стать чемпионом?
– Нужно набрать больше очков, чем все остальные.
– Это и так понятно. Я буду подсказывать. Кто выиграл чемпионат Франции?
– «ПСЖ» с огромным бюджетом.
– Кто выиграл АПЛ?
– «Лестер» как-то выиграл. Ладно, «Сити» в прошлом году с его бюджетом.
– Не знаю, секрет ли это для вас, но так всё и располагается: бюджет = место. «Лестер» – это исключение из правил и стечение обстоятельств: верхи не могли, низы хотели.

– Вас можно назвать «тактическим фриком» – человеком, который помешан на методиках анализа футбола?
– Думаю, нет, всё идёт своим чередом, но без этого никак. В мире современных технологий нельзя игнорировать информацию, которая есть в огромных объёмах в интернете. Столько футбола показывают – сиди, смотри, анализируй.
– Вы используете в своей работе очень популярный в Англии метод xG?
– Созданные голевые моменты, удары из выгодных позиций, знаем об этом – да, но используем… Как использовать? Говорим, что нужно наносить удары из определённых зон, которые приносят практический интерес. Пытаемся, футболистам рассказываем и доносим, что бесполезно бить с 40 метров.
– Как показал Рыков с 60 метров иногда не бесполезно.
– Нет, нет, мы же говорим за сезон. Такой удар за сезон может принести пользу один раз, но в остальном удар с 35 метров не опасен, если вратарь в тонусе. Но вообще это может быть методом воздействия на соперника силовым методом. Мы начинаем бить – соперник реагирует, потом мы выбираем другие пути атаки. Это один из приёмов тактики.
– Ваше отношение к системе xG.
– Первый раз xG попался мне, когда его описывал английский бизнесмен – впоследствии он заработал состояние, владеет двумя клубами . Он анализировал то, что несёт предпосылку к голу и стал на этом играть . Заработал сумасшедшие деньги. Если у него получилось это использовать правильно, значит – это работает, значит, в этом есть какой-то смысл.
– По xG-таблице «Оренбург» сейчас сильно выше места, которое должен занимать. Вы – пятые, а должны быть 12-ми. Получается, вашей команде пока сильно везёт?
– В прошлом сезоне, когда мы закончили сезон на первом месте ФНЛ, нам повезло 28 раз? Есть же много других критериев. Скажем, уровень футболиста – один забивает в этой ситуации, другой – нет. У подсчёта xG есть много нюансов, которые тоже нужно учитывать. Это не панацея, нельзя анализировать только по xG. Например, «Крылья» начали создавать моменты при счёте 0:3 в нашу пользу, когда результат, по сути, уже был сделан.
– Вы проанализировали игру. Выяснилось, что ваша команда не отдаёт обостряющих передач с левого фланга. Что дальше?
– Это может быть комплекс причин. Нужно разбираться. Или защитник, обслуживающий этот фланг, недорабатывает, или это вина только флангового полузащитника. Возможно, ему некомфортно на этой позиции – рабочая нога у него левая, а он играет справа. Тоже тактика. Не успевает вовремя отдать, не обладает этими качествами. Так и строится команда, так и строится тактика, подготовка к сопернику.
– При подготовке к следующему сопернику вы видите, что его сильная сторона – единоборства. Соперник очень атлетичен и перебегает вашу команду, задавит. Что с этим делать?
– Только работа на тренировках. Делать всё быстрее, качественнее, слаженнее. Какие другие пути?
– Мяч нужно больше держать внизу?
– Мы же понимаем, что если соперник намного сильнее, то он сильнее во всех компонентах. Контролем на контроль отвечать мы не сможем. Такие команды хорошо прессингуют, под давлением наши футболисты начнут ошибаться. Начинается брак, и мы попадаем в собственную западню. Да, хотелось бы лишить соперника мяча, контролировать его самому, но если соперник контролирует мяч хорошо, то приходится искать другие варианты. Нужно перебить прессинг, дать задание нашему нападающему играть с защитником, у которого будет выше шанс выиграть борьбу и зацепиться за мяч.
– Как часто вы хотите вмешаться в игру своих игроков по ходу матча?
– Сейчас очень сложно что-то донести до игроков по ходу. Очень шумно на стадионах, футболисты играют так, как ты заложил до игры. Возможно только минимальное вмешательство, что-то подсказать можно через ближнего. Не зря сейчас тренеры пишут записки, передают, чтобы как-то воздействовать на игру. Хотя это мало удаётся.
– Раньше вы работали помощником и смотрели матчи с трибун, чтобы видеть всю картину. У вас есть такой помощник? Вы получаете от него информацию по ходу игры?
– Конечно, это очень важно. Есть онлайн – там видно, кто как отбирает, в каких зонах, где проблемы. Так же работала сборная России на ЧМ, поэтому это всё работает, но нужно своевременно реагировать и доносить до футболистов. Записку можно передать не сразу, за это время тебе могут забить. В этом проблема, конечно.
– В ФНЛ вы успевали анализировать каждого соперника так, как делаете это сейчас в РПЛ? Там же частота матчей выше, плюс расстояния.
– Конечно, успевали собирать информацию, готовиться к играм. InStat, Wyscout – этого хватает. Много информации тоже не есть хорошо, её нужно дозировано преподносить футболистам. Нельзя переборщить.
– Главный тактический тренд в мировом футболе.
– Выигрывает прагматизм. Нужно хорошо обороняться и атаковать. Побеждают команды в прямом понимании этого слова. Слаженная работа обязательна. Мир компактности, в котором важно уметь оторваться от опеки и найти свободную зону. У кого получается – тот и побеждает.
– У вас есть идеал – тренер, на которого вы бы хотели быть похожи?
– Это симбиоз. От всех понемножку. Можно перечислить многих.
– Давайте.
– Гвардиола – контроль мяча. Моуринью – построение схем, тактических ловушек. Симеоне – дисциплина, организация действий в атаке и обороне. Это трио, на которое можно ориентироваться. Этим тренерам доверяют, их команды растут, с каждым годом прибавляют за счёт точечного усиления и шлифовки тактической системы.
– Но кризис системы наступает рано или поздно. У Гвардиолы он был, у Моуриньо – сейчас.
– Искусство тренера вовремя понять и найти выход. Видно ведь, что «Сити» меняется, идеи Гвардиолы, его видение футбола, развиваются. Он сам говорил, что контроль мяча не панацея, главное – найти пространство за линией обороны и воспользоваться им.
– Простой заброс, по сути?
– Если исполнять вовремя, то это хороший инструмент. Почему нет? Но нужно понимать – кто исполняет? Футбол Гвардиолы приходит к тому, что на футбольном поле находятся одни опорники, которые в любой ситуации находят верное решение. Любой футболист должен уметь отдать умный пас, выйти из-под прессинга. Старая мудрость: покажите мне свою полузащиту, и я скажу вам, какая у вас команда.

– Расскажите о месте, где вы родились? Посёлок , город Михайловск.
– Легендарный город. Почему он стал называться городом? Там возникло градообразующее предприятие Михайловский завод по обработке цветных металлов.
– В чём легендарность города и завода?
– Там катали фольгу 7 микрон – это тоньше человеческого волоса. Она использовалась в самолётостроении, на заводе производили листы для крыш, фляги, да вообще любую продукцию из алюминия. Подобных заводов было всего четыре в стране – в Москве, Ереване, Санкт-Петербурге и Михайловске. Это большая гордость для города с населением в 15 тысяч человек. Сейчас завод закрылся, там руины.
– 133 км до Екатеринбурга, 10 км до ЖД станции.
– Мы жили великолепно. Были очень подвижными, тогда физкультура и спорт были неотъемлемой частью жизни – бег, лыжи, хоккей… Этим все занимались по выходным. На заводе было 11 цехов, у каждого – своя команда по футболу, баскетболу и так далее. Даже проводился чемпионат города. А сейчас… Дочка приходит из школы и говорит:
— У нас сегодня физкультура была.
— А чем вы там занимаетесь?
— Конспекты пишем.
В Екатеринбурге у школы нет своего зала. Это нонсенс, о какой физкультуре может идти речь? Чем вы занимаетесь на уроке пения? Конспекты пишем. Мы пели песни на уроках пения, на физкультуре занимались спортом. Даже у нас в Михайловске был зал. Бьются до сих, но не решается вопрос. Рядом дома строятся, а зала нет.
Справка
У школы № 77 в Екатеринбурге действительно нет собственного зала. На сайте висит объявление:
«В целях реализации заявленных образовательных программ по предмету «физическая культура» заключён договор безвозмездного пользования имуществом от 15 сентября 2014 г. с МАОУ СОШ №22. Для занятий физической культурой на воздухе имеется спортивная площадка площадью 2129 кв.метров, оборудованная волейбольной (162 кв.м) и баскетбольной (364 кв.м) площадками, имеются футбольное поле (880 кв.м), прыжковая яма (162 кв.м), гимнастические сооружения (561 кв.м), беговая дорожка (150 м), полоса препятствий.»
– Ваши родители работали на заводе?
– Да, конечно. Мама жива, папы нет давно. Кстати, очень символично получилось, что 5 августа в день его смерти у нас был матч . Начинаешь понимать, что в жизни не всё просто так. Есть что-то мистическое – то, что нельзя объяснить. А, может, просто совпадение.
– Чем вы занимались, кроме спорта, пока родители работали?
– Трудились: на огороде работали, пилили дрова, косили траву. Много чем, я ведь уехал в Екатеринбург в достаточно зрелом возрасте – в девятом классе.
– При каких обстоятельствах?
– Батя сам был футболистом, играл на первенстве области. Тогда чемпионат области был достаточно хорошего уровня. А сейчас только одна команда тренируется регулярно – «Каменск-Уральский» укомплектованный своими воспитанниками. В большинстве клубов игроки приезжают непосредственно на матчи, в лучшем случае на пару тренировок. При этом надо похвалить людей, которые пытаются сохранить там футбол. Например, Григорий Иванов , который тратит много времени на развитие областного футбола. Областное первенство должно быть местом, где будут играть и развиваться воспитанники местных школ. Не каждый может заиграть в 18 лет и попасть в профессиональный клуб сразу. Областной чемпионат мог бы стать местом для развития таких ребят.
– Вы думали, как сложилась бы ваша жизнь, если бы вы остались в Михайловске?
– Да нет. Всегда было огромное стремление играть в футбол. Получилось так, что отец организовал команду для местных молодых футболистов, что и позволило мне и другим развиваться. Организовал как энтузиаст, большой любитель футбола, выступал в роли тренера. Мы играли, развивались и когда появился шанс уехать в Екатеринбург, мы были готовы им воспользоваться.
– Что стало с Михайловском сейчас? Вы там бываете?
– По возможности навещаю маму – это святое. Всегда приятно вернуться туда, где зарождалась твоя энергетика. Это просто супер. Не так часто, как хотелось бы, но любую возможность, несмотря на занятость, стараемся использовать. У нас там много друзей, родных, близких, которых очень приятно навестить. Что произошло с городом? Конечно, есть проблемы. Хорошо, что там есть дорожно-строительный комбинат, люди ещё где-то находят работу, а так в основном все уезжают в Екатеринбург.
– Вас обидит или обрадует, если я или кто-либо другой в статье или комментариях назовёт вас простым русским мужиком?
– А что здесь такого? «Простой русский мужик». О чём это может говорить? Положительно отнесусь. На простых русских мужиках всё держится. Говорим о работягах. Мой батя работал на заводе, был очень начитанным, интеллектуальным человеком. А кто как не работяги двигают нашу Россию вперёд? Таких стало мало, вот и проблемы налицо. А почему нет? А что, если рабочий, то обязательно неинтеллектуальный человек? Глубокое заблуждение, это не так. Наши родители работали на заводе, что они не интеллектуальны? Тогда откуда появились мы? Кто нас воспитал?

– Как ваш вратарь Евгений Фролов готовится к матчам?
– Как обычно. Тренер по вратарям с ним работает, ничего такого. Естественно, у каждого свои секреты и тайны, без этого не бывает. У каждого свои методики, с каждым нужно уметь поговорить.
– В матче с «Крыльями» многим показалось, что Фролов знал заранее, куда пробьёт Мияйлович.
– Понимаете, есть предвидение. По разбегу, например… Естественно, анализ тоже есть. Конечно, тренер готовится, показывает. Вратарь, если хочет развиваться, тоже сам черпает информацию. Это же правильно.
– Тоже самое показалось в матче с «Анжи», когда Фролов отбил удар Маркелова. Тренер по вратарям отслеживает удары 3-4 пенальтистов соперника перед каждым матчем?
– Там, наверное, побольше получается. Конечно, это не секрет, собирается информация, всё разложено по полочкам. Можно составить график, на котором будет видно, в какие точки ворот наносил удар тот или иной игрок раньше.
– Это поражает. Одно дело, когда так готовятся к сериям пенальти на ЧМ, другое – к каждому матчу РПЛ, где пенальти может и не быть.
– А что меняется? Как у меня спрашивают – где сложнее работать: на первенстве области или в ФНЛ, РПЛ? Конечно, на первенстве области тяжелее работать, потому что там нет никакой информации, ты не знаешь, какой соперник приедет. А здесь всё на ладони.
– Сколько вариантов розыгрышей стандартов есть у «Оренбурга»?
– Много, каждый раз меняем. Показателен факт, что мы в прошлом году реализовали 27 стандартов. Хороший процент, это работа на тренировках и исполнение. Важна подача. Нет подачи, все наработки рушатся. Футбол становится всё более зависимым от стандартов, это тоже тренд.

– Чувствуется, что вы максимально скромный человек, но на секундочку отпустите себя и назовите высшую точку тренерского достижения для вас. Планка. Мечта – как угодно.
– Как вам сказать, всё развивается так, как есть. Работая в Новокузнецке, когда пришлось туда окунуться, или на первенстве области в Каменск-Уральском… Если ты любишь свою профессию, она доставляет удовольствие, несмотря на обстоятельства. Так и есть. У нас там осталось очень много друзей, которые оценили наш труд. Можете проверить. Это самое главное. А то, что, может, рано или поздно… У каждого своя судьба, свой срок. Как говорится, каждому кулику – своё болото. По-другому не скажешь. Путь развития Сарри – банковский работник, начинал с низших лиг: там не складывалось, там не складывалось, там не складывалось. Но у каждого тренера ситуация должна созреть. Кто-то должен это оценить.
– Если максимально упростить ваш ответ, то вы кайфуете сейчас, как и кайфовали, когда работали на первенстве области.
– Абсолютно точно. Вставал утром – ехал сто километров, проводил тренировку, общался с молодыми парнями. Самое важное – видел результат своей работы. Когда только приехали, они были немножко запущенными – не готовились к тренировкам, давление, пульс – открыли им глаза. Если хоть двум-трём это помогло стать сильнее, то в этом и есть вся прелесть нашей работы. Нам сказочно повезло, что мы занимаемся любимым делом, потому что 99,9% людей на планете занимаются не тем, чем хотели бы заниматься.
○ Егор Кузнец. Спортбокс.ру. 13 сентября 2018
○ Фото: РИА Новости, ФК «Оренбург»

О дисциплине, злой конкуренции и воле к победе: интервью с тренером по футболу

Есть много способов научиться что-либо делать. Самый быстрый – это попросить помощи у того, кто уже умеет. Как, наверное, здорово иметь рядом человека, который может научить секретами мастерства, сократить время на обучение, помочь со сложностями, поделиться собственным опытом.

Каким должен быть хороший наставник для детей? Есть ли что-то общее у футбола и жизни? Что дают тренировки, помимо усталости и боли в мышцах? Разобраться в этих вопросах помог тренер Алексей Орлов.

А: Ну погнали, а то я в 2:40 начну собираться на тренировку.

И: Ок, 2-40 услышала, успеем. В чем заключается твоя работа, чем ты занимаешься?

А: Я старший тренер проекта «Футбольный городок». Это работа как с детьми, так и с тренерами.

И: То есть, ты помогаешь детям и взрослым раскрыть свой потенциал? В каком-то роде психологическая помощь плюс чисто профессиональное обучение, постановка движений, отработка приемов, и все такое?

А: Это в первую очередь футбольная секция, но психологическая работа с детьми ведется на каждой тренировке. Задача тренера, например, нашего проекта, в том, чтобы привлечь ребенка в спорт, а затем, предлагая ему посильные, но довольно сложные и в то же время интересные упражнения, воспитать в нем спортивный дух и оставить его в именно в футболе.

И: То есть, тренер — это такой наставник, который одновременно дает и технику (например, постановки удара по мячу), и некоторую уверенность ребенку, что все получится, что спорт — это здорово, что можно победить, если играть в команде?

А: Именно, правда добавлю, это и работа с родителями, которые порой требуют слишком многого от своего ребенка на каких-то этапах развития. Или же наоборот перекладывают процесс воспитания ребенка полностью на тренера, что, скажем так, не выглядит золотой серединой. Работа с детьми ведется как индивидуальная, так и коллективная. Они — одна команда, и должны помогать и поддерживать друг друга, однако, без определенной, по спортивному злой конкуренции, тоже прогресса не добиться.

И: Вообще «победа», «мотивация», «командное взаимодействие» — это очень интересно. Какие задачи чаще всего приходится решать тренеру? Что мешает детям играть лучше, низкая самооценка, может быть, или агрессия?

А: На прогресс спортсмена влияет скорость «схватывания» информации. Бывает так, что ребенок провел на занятиях меньше времени с мячом по сравнению с остальными, то есть он начинает отставать. Вот эта разница в подготовке, если она накапливается, оказывается тормозом.

Следующий аспект – это, конечно, же дисциплина. Спорт требует тщательного и упорного выполнения упражнений, если же ты только веселишься и, в целом, пришел пообщаться с друзьями, то ты пропустишь детали того, что объяснял тренер, начнешь выполнять упражнение неправильно. И вот у нас уже сформированный двигательный навык, который в дальнейшем исправляется сизифовым трудом.

И: Первая распространенная проблема, получается — это недостаточно хорошая техника у маленького спортсмена. Тренер ее подтягивает. Вторая — это дисциплина, то есть, тренер мотивирует. А как ты мотивируешь детей, что ты делаешь или говоришь?

А: А вот тут все зависит от ребенка, многих достаточно похвалить или в случае неудачи сказать, что и сам не с первого раза научился, в следующий раз обязательно получится. Но, есть и те, кому нужно показать личный пример. Когда ребята видят, как тренер выполняет упражнение, а он ведь все красиво делает, то в некоторых просыпается желание подражать. Кому-то нужно сказать, вон, твой партнер-то как быстро это упражнение сделал, а ты чего? И он сразу включается в конкуренцию. Все индивидуально.

И: Нужно хорошо чувствовать ребенка и нащупать то, что именно у него вызывает интерес. Кому-то важно, чтобы тренер заметил успех, кому-то хочется быть похожим на него, а кому-то больше всего важно быть лучше товарищей. А бунт бывает? Я имею в виду, бывают ли дети, которые специально не делают то, что ты говоришь, вступают в конфронтацию, срывают тренировку?

А: Чаще всего дети, которые не выполняют упражнение, руководствуются несколькими посылами:

  1. Боятся не справиться, и их увидят партнеры по команде.
  2. Хотят привлечь внимание тренера или команды.
  3. В результате нескольких неудач теряют интерес к такому уровню сложности упражнений.

Со всеми ситуациями можно эффективно работать, если вовремя заметить

И: А что работает эффективнее, наказания или поощрения? Или это от ребенка зависит?

А: Слукавил бы, если бы сказал, что совсем обходится без повышения тона. Но это радикальный метод.

И: Я точно не собираюсь оценивать, правильно ли ты работаешь с детьми. Вот по своему опыту мотивации могу сказать, что для меня ужаснее всего — это остаться без внимания лидера (тренера, босса, руководителя, наставника в любом виде), а не разговор на повышенных тонах. То есть больнее всего — разочарование, потеря интереса. На детей что круче действует?

А: Думаю, наказание в лишении удовольствия, будь то поощрение или любимая игра, принципиальное соперничество, подарок, посещение занятия и прочее. Например, мы даем звание капитана в конце занятия и право носить повязку и помогать тренеру на следующей тренировке – к этому каждый стремится, это очень стимулирует.

И: Мотивация детей вообще не особенно отличается от мотивации людей. Я вела для детей летние курсы по медитации, родители их туда сдавали, как в камеру хранения. Могу сказать, что с детьми, точно также, как с взрослыми, главная задача — это самому оставаться присутствующим, сохранять самообладание. Тогда получится и их настроить на нужную работу. У тренеров также? Какими качествами должен обладать тренер, по твоему мнению?

А: Стремление сегодня стать лучше, чем вчера. Это очень заразительно. И еще терпение и квалификация, полагаю, залог успеха. Причем квалификация не как что-то статичное, например, тренерская лицензия получил — и порядок, а постоянная работа над ее повышением, развитие в динамике.

И: А каким должен быть хороший тренер?

А: Так как я работаю детским тренером, то и мнение о его необходимых качествах сформировать легче.

В первую очередь, хороший тренер — это человек обладающий знаниями в области педагогики, психологии и в футбольной «азбуке».

Это человек, умеющий создавать положительную атмосферу, подходящую для занятий спортом, понимающий психофизиологические особенности того возраста, с которым работает. А еще это обязательно человек с фантазией, так как упражнения приедаются, и нужно придумывать новые подходы и их интересные варианты. Он также должен уметь грамотно излагать свои мысли, потому что если вас не понимают взрослые, то дети не поймут и подавно.

И: И при этом тренер должен находить общий язык с родителями. Конфликты с родителями, наверно, случаются часто. Что становится поводом?

А: Конфликты с родителями почти исключены. Нужно понимать у нас с родителями общая цель — это прогресс их ребенка, поэтому если им не импонирует мой подход, то разумно поменять тренера для этого ребенка.

В большинстве случаев у нас с родителями выстраивается общая линия работы. Я работаю в секции с ребенком, а они — дома, я воспитываю в нем спортивный подход в делу, они — уважение к тренеру. В секции мы прошли обучение остановки мяча, например, дальше они выполняют домашнюю работу.

Но и тут можно перестараться, родителям может показаться что этого мало и нужно развивать еще и те качества, которые в принципе не подходят по сенситивному периоду возрасту ребенка. Это может привести к плачевным результатам.

Еще есть такая проблема, как завышенные ожидания. У ребенка могло не получиться упражнение и с 3 раза, а родитель уже создает такой настрой, при котором ребенок просто теряет интерес к футболу.

И: Есть слишком требовательные родители? Они хотят сделать из малыша непременно суперчемпиона? Вообще сами дети в большинстве своем любят футбол, или больше таких, кого просто «привели родители»?

А: Большинство любят, но есть и те, кого приводят чтобы «побегал». И в первом и во втором случаях я понимаю свою роль и ответственность перед ними.

И: Как ты считаешь, что в конечном итоге дают ребенку занятия?

А: Я стараюсь, чтобы уходя с тренировки, они не только чувствовали приятную усталость, но и понимали какого это, преодолеть себя, обогнать соперника, попасть в ворота в сложной ситуации, как реагировать на боль, и сколько эмоций на нее тратить, чтобы она скорее прошла. Чтобы они ждали следующей тренировки, потому что она даст им возможность выучить новое движение или прием, которого они еще не знали, и постараться сделать, лучше, чем друг. И, как результат всего выше сказанного, развить любовь к футболу и спортивному образу жизни.

И: А есть такое, что достигнув определенного мастерства в футболе ребенок становится в целом более уверенным?

Можно ли использовать спорт, как вариант поднять самооценку, найти контакт со своим телом, перестать бояться (или избегать) сверстников, научиться дружить и побеждать вместе?

А: Тут есть прямая зависимость, отличный вопрос. Поэтому в тренерской деятельности важен принцип посильных задач. Достигая результата, который вначале казался невозможным, появляется ощущение победы. Это благоприятно сказывается не только на самооценке, но и на состоянии организма и психики в целом.

И: А как тренер помогает ребенку влиться в командное взаимодействие? Ты говорил «сделать упражнение лучше, чем друг» — это не приводит к вражде между детьми?

А: Существует набор упражнений на развитие командного духа. Их можно использовать попеременно с упражнениями, направленными на соперничество, что позволяет нивелировать проблему вражды.

Что касается командного взаимодействия, то это важная область воспитания ребенка в секции. Он получает знания о том, что рядом есть такой же ребенок с такими же правами. Что он ни первый и ни последний, что рядом есть товарищ, который поможет в сложной ситуации, но вообще-то готов и помериться способностями.

И: То есть, спорт развивает эмпатию? Ребенок гораздо лучше понимает, что чувствует другой, например, злость от поражения, эйфорию от победы? У нас 10 минут до твоего выхода. Я имею в виду, помогает ли командная работа в спорте научиться лучше понимать и себя, и других людей?

Сколько я общалась со спортсменами, могу сказать, что они в основном более открытые, более уверенные и более эмпатичные, чем те, кто не в ладах со своим телом.

А: Конечно, имея схожий опыт успехов и ошибок, спортсмену проще поставить себя на место другого спортсмена, а соответственно и сопереживать ему. Все, я побежал, нужно немного подготовить конспект к трене еще.

И: Я бы еще хотела поговорить про азарт, про конкуренцию, про стратегию победы…Но видимо в другой раз?

А: Да, не вопрос, я точно погнал.

Слуцкий жестко раскритиковал судью после ничьи «Витесса» с ПСВ

Российский тренер «Витесса» Леонид Слуцкий отметился жесткой критикой судейства после матча с ПСВ (3:3). Команда Слуцкого трижды вела в счете, но соперник сравнял счет уже в добавленное время. Два мяча игроки из Эйндховена забили после спорных пенальти, при этом один из них был назначен в компенсированное время.

Реклама

Защитник «Витесса» Майкел ван дер Верфф отставал от нападающего ПСВ и начал сбивать его еще до линии штрафной. Сердар Гезюбююк, обслуживающий эту встречу, не стал пересматривать момент и не использовал систему видеоповторов (VAR). Пенальти был назначен на 91-й минуте матча при счете 3:2 в пользу команды Слуцкого. В итоге лучший мексиканец Ирвинг Лосано установил окончательный счет в матче — 3:3.

В моменте с первым голом Эйндховена, который тоже был забит с пенальти, тоже не все ясно. В эпизоде вратарь «Витесса» перекрыл путь сопернику, но есть вероятность, что он не коснулся игрока ПСВ. К тому же, по повтору неясно, контролировал ли игрок мяч.

По мнению Слуцкого, арбитр поступил таким образом из-за личной неприязни к нему.

«Я очень злой, так как это произошло не впервые. Подобное произошло у нас с этим арбитром уже в третий раз в сезоне. Мы попросим не назначать его на другие наши матчи, потому что он, возможно, не любит меня или кого-то из нашей команды. Может, он не любит толстых или лысых, я не знаю», — заявил тренер «Витесса».

Несмотря на потерю очков, Слуцкий гордится своей командой и считает, что у них были хорошие шансы, чтобы победить. Тренер согласился, что игра была тяжелой, так как ПСВ нужны очки, чтобы бороться за чемпионство.

В интервью голландскому NOS российский специалист признался, что «Витессу» было тяжело играть против ПСВ и потому, что в числе игроков соперника был и судья.

«Обычно мистер Гезюбююк играет за наших соперников. Этот судья — очень серьезная проблема для нас. Он думает, что никогда не ошибается, но он всегда ошибается не в нашу пользу», — сказал тренер.

Напомним, что в ноябре 2018 года матч с ПСВ обслуживал бригада арбитров во главе с Гезюбююком. Тогда игрок команды Слуцкого был спорно удален уже на 14-й минуте игры. Оставшись в меньшинстве, «Витесс» пропустил мяч во втором тайме. На 69-й минуте матча отличился Люк де Йонг.

Помимо ошибок арбитра, Слуцкого раздражает и его поведение.

По словам специалиста, в Высшей лиге Нидерландов все судьи очень открыты к общению, дружелюбны к тренерам, могут пошутить и здороваются при встрече. Но Гезюбююк ведет себя иначе. Судья даже не ответил на вопрос, почему он не стал смотреть видеоповтор в эпизоде с первым голом.

«Он ни разу не поздоровался, ни разу не попрощался, ни разу не пожал руку, ни разу не ответил ни на один мой вопрос, который я ему задавал»,

— негодует Слуцкий.

Бывший главный тренер сборной России думает, что арбитр ведет себя высокомерно и эгоистично, считая, что «он Бог, и все болельщики пришли, чтобы полюбоваться на его игру». Слуцкий уверен, что самые важные люди на поле — игроки, а судья должен лишь быть рядом, не ломая ход матча.

Слуцкий сильно негодовал по поводу результата встречи и на эмоциях назвал арбитра худшим судьей в мире, которого ему довелось видеть в своей жизни.

При этом Слуцкий отмечает, что в целом уровень судейства в чемпионате соответствует уровню Лиги чемпионов.

После матча «Витесс» занял седьмую строчку в таблице чемпионата Нидерландов, продлив серию без побед в Высшей лиге до пяти игр. ПСВ идет на втором месте с тем же количеством очков, что и «Аякс», уступая амстердамскому клубу по разнице забитых и пропущенных мячей и числу выигранных встреч.

Слуцкий шутливо заметил, что такой исход игры выгоден «Аяксу».

«Я думаю, «Аякс» должен сказать спасибо «Витессу». Жду ли я цветов? Может быть, корзину. Я люблю красные розы»,

— пошутил он.

По итогам инцидента стало известно, что дисциплинарный комитет Футбольного союза Нидерландов начал расследование в отношении Слуцкого из-за оскорбления судьи. Российскому тренеру грозит штраф и дисквалификация.

Это не первое запомнившееся интервью российского тренера. В ноябре 2018 года Леонид Слуцкий перед матчем с ПСВ попал в неловкую ситуацию, по-английски отвечая на вопрос журналиста.

Репортер брал интервью у Слуцкого и попросил его прокомментировать информацию о возможном уходе россиянина в лиссабонский «Спортинг». Тренер заверил, что не собирается уходить из «Витесса», но перепутал английские гласные и вместо «уволит» произнес неприличное слово.

После этого возникла пауза. Репортер переспросил специалиста, что тот имел в виду, но Слуцкий сказал то же самое. Тогда журналист его поправил, однако история еще долго обсуждалась в СМИ.

Другие новости и материалы можно посмотреть на странице хроники, а также в группах отдела спорта в социальных сетях Facebook и «Вконтакте».

Леонид Слуцкий: «Сын мечтает, чтобы однажды меня назвали «Отец рэпера Ливейта»

В гостях у «СЭ» побывал главный тренер «Витесса».

На прошлой неделе Слуцкий несколько дней находился в Москве и, заехав в редакцию «СЭ», почти три часа беседовал с нашими журналистами. Мы уже публиковали три части этого интервью: первая была про будущее Леонида Викторовича, вторая – о проблемах футбольной школы Слуцкого в Волгограде, третья – о сезоне «Витесса» и в целом о голландском футболе. Сейчас перед вами четвертая часть разговора.

Сегодня не готов рассматривать ни один вариант в России

– По ходу сезона вас звали в другие клубы?

– Вы говорите про Россию или вообще?

– Вообще. Но потом мы, конечно, хотели бы уточнить про Россию.

– На мой взгляд, вообще неэтично говорить о том, звали меня куда-то или нет. Какой смысл? У меня двухлетний контракт с «Витессом». Я намерен его отработать до конца. Так что зачем рассуждать о каких-то косвенных предложениях? У тебя либо есть конкретный вариант, и какой-то клуб готов выкупить у «Витесса» твой контракт, или нет. Я продолжаю работать в голландском клубе. Иными словами, такого варианта, из-за которого я готов разорвать свое соглашение с «Витессом», нет.

– Но вы чувствуете интерес к себе со стороны работодателей российских клубов?

– Да, конечно. Но пока эксперимент не завершен, и мечта не умерла.

– А какая у вас мечта?

– Сделать себе карьеру в Европе. Это глобальная мечта. Она пока еще окончательно не рухнула. Еще есть шанс продолжить зарубежную карьеру, и я буду за него цепляться. Если этого не получится, то тогда уже нужно будет взвешивать, оценивать, объективно понимать, какой ко мне есть интерес в России.

– «Сделать карьеру в Европе» – о клубе какого уровня вы говорите? Условный «Аякс»?

– Понимаете, тренер не может рассуждать такими категориями: «Я точно должен возглавить крутой клуб английской премьер-лиги». Нет, это не так. Сделать карьеру в Европе, на мой взгляд, – проработать достаточное количество лет на Западе, показывая с командой высокий результат. «Вулверхэмптон» занял шестое место в АПЛ – сумасшедший успех. Вот хотелось бы чего-то похожего. В общем, хочется отработать в Европе больше 10 лет. А какой клуб – это уже не столь принципиально.

– Но почему?

– Что такое тренер? Попробую объяснить свое видение. Я часто читаю экспертов, которые говорят: «Ну что такого сделал Гвардьола? Выиграл чемпионат с «Ман Сити?» Вот если бы он привел к победе «Кристал Пэлас»…

– А что вас смущает в этих высказываниях?

– Понимаете, ни один тренер в мире не может перепрыгнуть уровень игроков. Ни один. Допустим, специалист получает команду, где собраны футболисты, способные по своему потенциалу занять места с четвертого по десятое. В такой ситуации с более качественным тренером ты займешь четвертую-пятую позицию, с менее квалифицированным – девятую-десятую. Но даже если команда будет вообще без тренера, она не упадет ниже десятки. Уровень игроков не позволит. Повторюсь, тренер не перепрыгивает уровень людей. И мне не совсем понятно, когда говорят, что Моуринью с «Эвертоном» попадет в тройку. Нет, не попадет! Будет шестым. Потому что таков подбор футболистов. Вот я и хотел бы работать с командой и занимать максимально возможное с ней место в соответствии с составом.

– Сколько времени вы отводите себе на реализацию европейской мечты?

– Не знаю. В моем понимании, допустим, я десять лет отработаю в европейских клубах (не важно, будет ли это чемпионшип или чемпионаты Голландии, Бельгии, Швейцарии). Вот тогда, наверное, можно будет считать карьеру за рубежом состоявшейся. Потому что пока я провел только полгода в «Халле» и один сезон в «Витессе». Согласитесь, небольшой срок. Если через год у меня будут варианты продолжения карьеры в Европе, я с удовольствием ими воспользуюсь.

– А если нет?

– Скажу: «Ок, не получилось, попробовал, было безумно интересно. Но…»

– Если рассуждать о вариантах в России, какие задачи вам были бы интересны после того, как вы с ЦСКА несколько раз становились чемпионом?

– Предвосхищая ваши вопросы, признаюсь, что я почти не смотрел матчи чемпионата России в этом году.

– Вот как?

– Да. Смотрел матчи ЦСКА в Лиге чемпионов, потому что позволял график. Еще видел игры армейцев со «Спартаком» и с «Зенитом». Больше ни одной встречи, включая даже поединок «Краснодара» и «Зенита», от которого многие были в восторге. Смотрел только хайлайты. Скажу больше. На сегодня состав, тактику «Фортуны» из Ситтарда я знаю лучше, чем «Зенита» или даже ЦСКА. Так что сейчас я явно не до конца погружен в процессы российского футбола. Совсем недавно задался вопросом. Меня же в России нет уже два с половиной года. Так? И за это время поменялся практически весь тренерский цех. Сейчас ведь еще и Бердыев ушел. По сути, кто остался? Юрий Палыч (Семин. – Прим. «СЭ»). С ним мы соперничали. Кто еще? Кононов короткий кусочек при мне проработал в России, Гончаренко. А сейчас есть Мусаев, Черевченко, Федотов, Семак. Многое поменялось, произошла смена поколений.

– То есть вы себя чувствуете динозавром?

– По возрасту – нет. Евсеев, Семак, Кириченко, Гончаренко моложе меня, но разница все-таки не глобальная. Аленичев моего возраста, Карпин постарше.

А по опыту? Конечно, да. Ваша же газета писала, что топовым показателем для тренера является 500 матчей. Не знаю, учитываете ли вы чемпионшип… Я-то точно считаю те игры, потому что там каждый тур – это просто мама не горюй! Но, наверное, официальная статистика все же берет в расчет высшие дивизионы. И получается, что чемпионат Казахстана учитывается, а английский чемпионшип – нет… Ну окей (улыбается). К чему я это говорю? У меня набирается где-то под 550 игр, а некоторые мои коллеги проводят только первый сезон в премьер-лиге. Наверное, у Сергея Богдановича Семака еще не набирается 100 матчей. Так что поколение поменялось.

– По нашей информации, до того, как Олега Кононова назначили главным тренером «Спартака», обсуждались различные кандидатуры, в том числе называлась и ваша фамилия. Если бы «Спартак» сейчас сделал вам предложение, то…?

– Прямо сейчас?

– Да.

– Я не готов оставить свою мечту. Многим она кажется необычной. Смотрел на сайте «СЭ» видеоинтервью с нынешним спортивным директором «Динамо» Романом Орещуком, и вы его спрашивали, зачем Слуцкому работать в «Витессе», какой смысл? Я не могу это объяснить, но мне безумно все нравится, все интересно в новой футбольной стране, с другими принципами, традициями, историей. Там все по-другому. Я не говорю – лучше или хуже. Просто все другое. Так что еще раз готов повторить: намерен цепляться за свой шанс сделать карьеру в Европе. На сегодня не готов рассматривать ни один вариант в России.

– Кажется, вы немного лукавите, когда говорите, что не особо следите за российским футболом.

– Почему?

– Вы сказали, что не видели матч «Краснодар» – «Зенит», при этом вы смотрели интервью с Орещуком в «СЭ».

– Чтобы понять какие-то тренды, я иногда слежу за подобными вещами. Учитывая, что «Спорт-Экспресс» – основной сайт, который я мониторю, некоторые вещи меня цепляют. Например, ваше интервью с Шалимовым я смотрел чисто из интереса к коллеге. Интервью с Орещуком – причем, я не полностью с ним ознакомился – мне было интересно потому, что Роман – один из самых продвинутых людей на рынке, который следит за общей ситуацией и понимает ее. Посмотрев один матч, у меня не получится создать какое-то общее представление о российском футболе. Здесь же знающий человек вводит меня в курс об общих процессах, происходящих на рынке.

– Ваше мнение, как человека вдумчивого: как исправить ситуацию в «Спартаке»?

– Не знаю. Не могу ничего советовать. Тут я точно далек от темы. Вернусь к Орещуку: мне было интересно, как меняется рынок, какие могут быть переходы, какие футболисты востребованы. Чисто профессиональный интерес. Может, в «Витессе» появится игрок с российского рынка, почему нет? Все, что касается болельщиков, обсуждения разводов и так далее – мне это не интересно, даже не пытаюсь направлять мозг в эту сторону.

Приглашение в «Спартак» даже гипотетически невозможно

– Вы не ответили, что точно не готовы возглавить «Спартак». То есть такого табу для вас не существует?

– Я так понял, вы просто спросили про российский клуб и в качестве условного примера привели «Спартак».

– Нет, нет. Вопрос был конкретно про возможный вариант со «Спартаком».

– Буду честен. В глобальном смысле я не болельщик. Да, я обожаю ЦСКА, люблю этот клуб, со всеми общаюсь. Но в голове у меня нет такого… Что ЦСКА, «Спартак»… Если ты только не легенда ЦСКА, как Игорь Акинфеев. Ведь все сидящие здесь гипотетически могут представить переход Караваева в «Спартак»?

– Да.

– А ведь Вячеслав прошел всю систему подготовки в ЦСКА, играл за дубль, провел несколько матчей за основу. Затем сделал карьеру в Европе и, допустим, перешел в «Спартак». Это же не будет чем-то из ряда вон выходящим? Он же не Акинфеев. Так что не могу сказать, что название какого-либо российского клуба у меня вызывает отторжение… Это касается не только «Спартака». Внутри меня нет какого-то жесткого табу. Хотя готов повторить, что очень люблю ЦСКА.

– Как-то вы уходите от ответа.

– Я сказал, как есть. Да и обсуждать эту тему бессмысленно. Потому что нынешнее поколение спартаковских болельщиков, очевидно, воспринимает меня, как представителя ЦСКА. И по данной причине приглашение даже гипотетически невозможно.

«Челси»

– В прессе вас не раз сватали в «Челси».

– Ну, это, конечно, глупость.

– Но была хоть какая-то вероятность, что вы в том или ином качестве будете работать в этом клубе?

– СМИ часто идут по очень простому пути. Я сейчас ни в коем случае не критикую вас. Но журналисты порой считают, что если я знаком с Романом Аркадьевичем (Абрамовичем. – Прим. «СЭ»), значит, автоматически нахожусь в списке кандидатов. Но чтобы возглавить «Челси», у тренера должен быть определенный бэкграунд, который говорит, что он этого заслуживает. Здесь речь не идет о каких-то личных отношениях. Если мой бэкграунд будет позволять мне тренировать лондонский клуб, только в этому случае клубы уровня «Челси» могут сделать мне предложение. Но на данный момент у меня нет этой составляющей. Нельзя после «Халла» и «Витесса» встать у руля «Челси». Для этого нужно отработать в клубе другого уровня и добиться других результатов, если ты только не Фрэнк Лэмпард, который столько значит для «Челси».

В Европе очень четкая градация. Если ты с клубом чемпионшипа выходишь в АПЛ и чего-то там добиваешься, то соответственно повышаешь свой статус. Но ты четко находишься в определенном диапазоне. У Хави Грасии отбросили его опыт работы в России, смотрели на его достижения в Европе – позвали в «Уотфорд».

Там все довольно логично. Не бывает каких-то очень неожиданных назначений. Так что приход Слуцкого в «Челси» невозможен, пока я не достигну определенных результатов и статуса.

Евро-2016

– По прошествии времени вас «отпустил» чемпионат Европы-2016? Вы же довольно сильно тогда все это переживали…

– Ну… Скажу так. Это был очень тяжелый опыт со всех сторон. Ничего уже не вернешь. Однако выводы, которые я сделал, точно буду использовать в дальнейшем. Приведу вам пару примеров. Когда я еще начинал работать детским тренером, у меня занимался мальчишка, которого все время тянуло на улицу. Двор, все эти друзья, плохие компании ему были ближе. И я вечно ходил по всем криминальным районам Волгограда, вытаскивал его, призывал его тренироваться и все такое. Но, в конце концов, он бросил футбол. В общем, генетика взяла свое. Он выбрал ту компанию, которая ему была изначально ближе.

Затем в дубле «Уралана» у меня возникла похожая ситуация. Один футболист, зная, что завтра будет тренировка, уехал к девушке в другой город. То есть его инстинкты перевесили отношение к футболу. И я, учитывая предыдущий опыт, отчислил его моментально. Так что нужно делать выводы на основании собственного опыта. В этом плане я благодарен чемпионату Европы-2016.

– Для вас сборная – теперь навсегда закрытая тема?

– Для меня вообще нет закрытых тем. Но на данный момент я не хотел бы работать в сборной. Это касается не только России, но и вообще любой национальной команды. Все-таки эта работа отличается от того, чем я занимаюсь сейчас.

Голландские трудности

– Вернемся к Голландии. У вас не возникало противоречий в «Витессе» из-за того, что там принято проповедовать определенный стиль?

– Есть определенные сложности. Вопрос даже не в том, играет команда в атаку или нет, а в том, что в Голландии до сих пор используют принципы персональной опеки при обороне. Условно говоря, многие команды пытаются высоко прессинговать, игроки разбирают каждый каждого. Соответственно, если твой защитник вскрывает прессинг, то может добежать с мячом чуть ли не до чужой штрафной, потому что нападающий, который его опекал, проиграл борьбу. Проще говоря, преследовать центрального защитника, владеющего мячом, может только нападающий обороняющейся команды – остальные просто обороняются. Так как все футболисты воспитаны в этой системе, и голландский футбол имеет много достижений на мировом уровне, перестроить голландцев с персональной опеки на зонную – крайне сложный и болезненный процесс.

Не скрою, у меня возникали сложности в этом году. Кроме Голландии так не играют нигде. Когда я обсуждал это с иностранными коллегами, мне никто не верил. Голландцы любят свои принципы, понимают их, впитывают буквально с детства. Конечно, когда тренер приходит и ставит другой футбол, опытным голландцам становится трудно. Поэтому мне проще работать с местными молодыми футболистами, которых можно быстрее переучить, или с иностранцами, которые не воспитаны при таких традициях, как в Голландии.

Приведу пример. Для того, чтобы научить флангового атакующего игрока разворачиваться не в сторону крайнего защитника, а в сторону опорника, у меня ушло около четырех месяцев. Не хочется тратить столько времени. Если у тебя в команде большое количество опытных голландских футболистов, лучше взять голландского тренера. Если же клуб, как «Витесс», ориентирован на подготовку и развитие молодежи, то можно обратиться к иностранцу, который использует другую тактику.

– Говорят, что «Витесс» покинут чуть ли не 16 игроков. Сколько уйдут на самом деле?

– Точно могу сказать, что нас покинули арендованные игроки – Одегард из «Реала», Кларк-Солтер, Эдуарду и Мусонда из «Челси». Еще у нас в аренде есть нападающий из «Андерлехта» Дауда, мы ведем переговоры о продлении соглашения. Сам игрок, вроде бы, не против. У ван дер Верффа и Бюттнера закончились контракты. На данный момент есть шесть человек, которых точно не будет в команде. Вполне допускаю, что клуб кого-то продаст, потому что живет за счет этого. Возможно, «Витесс» покинут футболисты, которые не получали достаточного игрового времени.

Караваев и Фернандес

– Караваев может уйти?

– Как и любой другой игрок «Витесса».

– А что-то конкретное знаете о его будущем?

– Понимаете, трансфер – такая штука… Вокруг одного человека может быть куча разговоров, но ничего не срастается, а вокруг другого – никаких разговоров, но вдруг приходит какой-то клуб с конкретным предложением. К Славе есть интерес и в России, и в Германии. Вообще, на каждой игре находится множество скаутов, да и из «Витесса» попасть в большой европейский клуб проще, нежели чем из России.

– Представим, что Мариу Фернандес уходит из ЦСКА. Караваев готов его заменить без потери в качестве?

– Караваев слабее Мариу, но, по моему мнению, может выиграть конкуренцию у любого другого правого защитника чемпионата России. Слава невероятно вырос за этот год, отыграл все матчи без замен. Он сейчас – один из лидеров «Витесса», и не удивлюсь, если он покинет команду.

– Кстати, о Мариу. На ЧМ-2018 на своей позиции он был не хуже футболистов из топ-сборных. Почему он до сих пор в ЦСКА?

– Все дело в том, что наш рынок плохо изучен. Я разговаривал со многими спортивными директорами и говорил, что Мариу готов играть в любой команде мира, что он в топ-5 всего мира на своей позиции. Не знаю, почему до сих пор на него никто не обратил внимание.

Просто дело вот в чем: условный Думбья уходил на фоне сумасшедшей результативности в Лиге чемпионов. Муса уходил после того, как дважды забил аргентинцам на ЧМ. У Мариу же иногда получалось так, что он или выглядел в паре матчей ЛЧ не лучшим образом, или травмировался. Думаю, игроков, которые ярко выступают только в чемпионате России, не могут оценить. Скауты не могут понять нашу лигу. Я, кстати, много беседовал на эту тему с Адвокатом. Дик рассказывал, как пытался убедить людей в том, что чемпионат России – сильный, но ему никто не верит. Мой случай тому пример – я работал и в национальной команде, и в ведущем клубе страны, но на европейский рынок захожу путем если не стажера, то начинающего тренера. То же самое, может быть, происходит с Фернандесом. Это сложно понять, это необъяснимо и точно несправедливо.

Атака превосходит оборону

– В чем преимущество нашего чемпионата? Что Россия может противопоставить? Голландия – атакующий футбол, немцы – дисциплину. А мы что?

– Только тактику. Но мне сложно говорить про тренды. В условном чемпионшипе собрано большое количество темнокожих защитников с хорошей скоростью. Это их специфика. Чем мы можем компенсировать? Когда-то потрясающим уровнем физической формы. Что сейчас? Не могу сказать, что у нас есть какое-то качество, которое принципиально выделяет российский футбол. Голландия – это не просто атакующий футбол. Там в каждой команде атакующая группа намного превосходит оборонительную. Могу назвать огромное число примеров переходов из средних клубов игроков атаки в другие чемпионаты. Последний пример Намли в «Краснодар». А вот защитник из «Зволле» никогда не перейдет в европейский клуб. И когда изначально атакующая группа превосходит оборонительную, сидишь и думаешь: пропустим по любому. Это значит нужно забить больше. Какой бы ты ни был тренер, должен делать ставку на это.

– У нас наоборот.

– Да, игроки обороны, те же братья Березуцкие и Игнашевич, знали, что сильнее 90 процентов атакующих игроков команд премьер-лиги и смогут их остановить. Халк выделялся ударами, забивал потрясающие голы, делал результат, но это был один игрок и в одной команде.

– Еще Промес и Думбья.

– И Вагнер. Мы можем назвать единичные случаи. Причем называем тех, кто уже не играет в чемпионате России. Зная очень хорошо Федю Чалова, могу сказать, что он все-таки командный игрок. У него прекрасное чувство гола, отлично действует в подыгрыше, но сам он не может решить.

«Аякс»

– В чем для вас главная причина триумфа «Аякса» в этом году?

– Получилось так, что в августе «Аякс» играл отборочный матч Лиги чемпионов с киевским «Динамо». Я посетил ту игру. И после нее всем друзьям и знакомым говорил, что «Аякс» в этом году может обыграть вообще любого. У него подошла плеяда собственных талантов – де Лигт и де Йонг… Взяли серьезных игроков из других голландских команд, плюс совершили немыслимые для себя трансферы – Тадича и Блинда по 15 миллионов. Плюс тен Хаг, тренер, который в тактическом плане выделяется среди других голландских специалистов. И все это дало командную химию, и понеслось.

– Но на этом сезоне всё?

– Ушел де Йонг, скорее всего, уйдет де Лигт, не знаю, что будет с Нересом. Но у «Аякса» есть другие очень талантливые молодые футболисты. Невозможно продать человека за 75 миллионов, купить за 20, и он будет таким же. «Аякс» много не продаст. Это миф.

Доан, Намли и Мусонда

– Японец Доан из «Гронингена», которого сватают в «Спартак» и ЦСКА, действительно крут?

– Молодой, левоногий, очень быстрый. Точно знаю, что «Гронингену» делала предложение одна достаточно большая европейская команда – 9 миллионов евро. Клуб отверг этот вариант. То есть это точно будет дорого, будет высокая конкуренция. Его знают в Европе, и если наши клубы хотят его взять, придется переплачивать. Игрок уже засвечен на серьезном уровне.

– Охарактеризуйте Намли, перешедшего в «Краснодар».

– Это центральный полузащитник атакующего плана. Левша. Он хорошо включается из глубины, чувствует эти моменты. Больше восьмой номер, ведет игру, у него хорошая статистика по голам и передачам. Отлично чувствует игру, обладает хорошей базовой техникой. Физически крепкий, худой, отбор не является его козырной картой. Это качественный игрок, но не могу сказать, что большая звезда. Его плюсы – в развитии атаки и большом объеме выполняемой работы.

– «Спартак» присматривался к Мусонде…

– Это бриллиант в прошлом поколении игроков «Челси», из которого вышли Лофтус-Чик, Ола Айна, Палмер. Они дважды выигрывали юношескую Лигу чемпионов. Мусонда был звездой на том уровне. Он провел с нами очень мало тренировок, но когда я увидел его на занятии, сразу возник вопрос – что он вообще тут делает. Это принципиально другой уровень. У Мусонды было две аренды: в «Реал Сосьедад» и «Селтик». В «Реале» у него хоть какая-то практика была. А в «Селтике» Мусонду посадили на лавку и через полгода «Челси» его вернул. Это невероятно талантливый юноша. Можно вспомнить Овусу-Обейе. Что-то похожее. Мусонда – лидер поколения с кучей качеств, но на взрослом уровне себя пока не реализовал. Почему – не знаю.

– Вы видели на своих матчах скаутов «Спартака»?

– Нет.

– А главного тренера «Спартака»?

– Мне говорили, что был, но я лично не видел.

Матрас

– Есть что-то в Голландии и голландском футболе, чего вы не приняли, что вам не нравится? Или Голландия – идеальная страна с идеальным футболом?

– Я не говорю, что она идеальная. Она просто другая. У каждой страны есть национальные особенности, есть плюсы и минусы.

– Может, что-то раздражает?

– Скорее, просто есть вещи, которые в Голландии происходят иначе – не так, как у нас в России, и поэтому поначалу удивляют. К примеру, когда только-только приехал, снял квартиру и пошел заказывать матрас. Заказал, но мне задали миллиард уточняющих вопросов. Я спокойно ответил. Недели через три на электронную почту пришло сообщение, что матрас будет доставлен в субботу с девяти утра до четырех вечера. Я позвонил в компанию, где брал матрас. Так и так, извините, можно ли доставить, у меня тренировка, я не могу сидеть и ждать. Извините, это не к нам – мы только изготовили матрас и передали в службу доставки. А служба доставки вообще отдельная, находится где-то в Индонезии. И мне говорят: «Нет, только с девяти до четырех, ничего мы не можем сделать». У нас же в России ты можешь сориентировать доставку, во сколько она приедет.

Пришел домой, в почтовом ящике бумажка: «Матрас приезжал, никого не было дома, матрас уехал». Опять звоню, говорю, что завтра выходной, доставьте, пожалуйста, завтра. Мне отвечают: «Нет, вы теперь в очереди и получите только через месяц». В общем, я пропустил три месяца, пока не посадил жену Яровинского с тремя детьми в своей квартире, чтобы они ждали – другого варианта не было.

В итоге матрас был доставлен через четыре месяца. Простейшая бытовая ситуация, которая в нашей системе координат невозможна. И таких моментов много.

Сын

– Ваш сын планирует сольную карьеру?

– Он безумно увлечен этой идеей. Я такой родитель, который поддерживает все его начинания. Мне казалось, что я как отец должен дать ему максимальное количество вариантов, из которых он что-то выберет: хоккей, футбол, теннис, плавание, единоборства. В конце концов понял, что сын выбирает то, о чем я даже не подозревал – экстремальный самокат, например. Сейчас мир изменился и классические представления о воспитании не очень работают.

Поэтому он сам выбирает, а я его поддерживаю в любом начинании. В целом понимаю, что он нормально учится и соответствует моим представлениям о морально-этических нормах человека. Я плохо разбираюсь в рэпе. И какого он уровня рэпер и будет ли им вообще, понятия не имею. У него, как у 14-летнего юноши, максимально завешенные ожидания, он мечтает покорить мир. Было бы странно, ели бы не было таких масштабных мечтаний. Сейчас сын публикует песни во ВКонтакте. Он крайне увлечен, но что из этого увлечения получится, не знаю. Никогда не буду просить кого-либо, условно Басту, болельщика ЦСКА, чтобы он посмотрел и оценил.

– Вы допускаете, что когда-нибудь вас будут называть папой суперрэпера?

– Мы недавно об этом говорили, это его мечта. У него псевдоним Leweight (Ливейт) – это производная от less weight, он парень не худенький, иронизирует. Он хочет, чтобы не про него говорили как о сыне тренера Слуцкого, а о Слуцком, что он – отец рэпера Ливейта.

– Как относитесь к тому, что в песнях он матом ругается?

– Со мной он никогда не использует нецензурную брань. Я понимаю, что у рэпа как у любой субкультуры, есть свои правила и законы. Он в своем клипе курит что-то, хотя в жизни не курит. Я тоже часто в момент матчей, в перерыве ругаюсь. Этому значения не придаю – его образ рэпера и реальный образ отличаются.

– Вы уверены, что сын не курит и не пьет?

– Не могу быть убежденным на миллиард процентов. Но у нас с ним всегда были доверительные отношения. Задаю ему абсолютно любые вопросы. Пока у меня нет сомнений и поводов ему не верить.

– Ваша мама когда-нибудь смотрела видео Ливейта?

– Смотрела, он показывает ей все видео. Здесь знаете как: заслуженный работник народного образования России проиграла в одну кассу бабушке. Все ее педагогически принципы забываются, хоть что ей прочитай – будет в восторге.

– Какая-нибудь фраза в его песнях удивила?

– Не могу сказать, что я все его песни слушаю. Он что-то присылает, что-то нет, часто дорабатывает моменты. Могу сказать так: он часто писал песни о тех вещах, которые в своей жизни не пережил, о том, что модно, ярко. Мой совет был таким: пиши о тех проблемах, что тебя лично беспокоят, так как в любом виде творчества трудно донести то, что не понимаешь. Желаю ему удачи, он этим делом безумно горит.

– Он пытался дуэтом спеть?

– Когда мой спич про арбитра положили на рэп, и там было больше миллиона просмотров, сказал ему: «Я не рэпер, а у меня больше миллиона, вот что такое настоящий рэп!»

Судьи и ВАР

– Ситуация с арбитром Гезюбюйюком позитивно завершилась? Вам не мстит судейское лобби?

– Очень многие понятия, которые есть у нас, там отсутствуют как класс. Там нет сообщества арбитров. Каждый выходит и судит. У меня отличные взаимоотношения с каждым арбитром, ни одной претензии. Тем более есть ВАР, который очень интересен в плане эксплуатации и отношения к нему. Ситуация с Гезюбюйюком – это ситуация с отдельным арбитром, она ни на что не влияет.

– Чем ВАР для вас интересен?

– Весь мир видел, как Гвардьола радовался и носился, а через несколько секунд был убит. В стране, где используется ВАР, это невозможно. Я никогда не радуюсь голам, а жду решение арбитра. Надо быть идиотом, чтобы радоваться, когда прошла минута.

Когда забил, ты понимаешь, что надо ждать и смотреть. Когда окончательно засчитали, ты уже не можешь искренне радоваться. Для меня это единственный глобальный минус ВАР. Второй – это пенальти. От момента назначения до его исполнения проходит несколько минут. Игроки не забили огромное количество пенальти, и я уверен, что это связано с психологическим выгоранием. Представляете – вы ждете, пенальти это или не пенальти – три минуты стоите и не знаете, будете ли бить или нет.

Учитывая все остальное, я не просто сторонник ВАР. Я двадцатью руками – за. Работу тренера судья часто может испортить или, наоборот, сделать более эффективной. Ты хочешь зависеть не от решения, а от объективности ситуации. Ты должен принимать ВАР со всеми его плюсами и минусами. В его необходимости у меня никаких сомнений нет.

– Что бы вы еще изменили в правилах?

– Никогда об этом не думал. Но уверен, есть, что совершенствовать в ВАР, чтобы все было быстрее. В конце концов, технологии позволят избегать таких длинных пауз. Может быть, даже не будут изучать такие моменты, как офсайд. Появится технология, которая позволит принимать сигнал в сети. И вернутся все эти эмоции. Будешь понимать, что если гол забили, то надо радоваться.

Если не извинюсь, меня вышлют из страны?

– Почему вы решили не исполнять решение Комитета по этике, который рекомендовал вам извиниться перед российскими арбитрами за высказывание в одной из телепередач?

– Это вопрос принципа. Если мы живем в ситуации, когда нужно извиняться и объяснять шутки, то это ниже моего достоинства. Давайте будем каждого человека, который шутит, заставлять извиняться. Такая же ситуация, которая произошла со мной в Голландии, когда меня не поняли из-за одного слова. Никто не требовал извиняться. В данном эпизоде даже было похлеще. Все понимали, что это шутка.

Когда ты выступаешь в детской юмористической передаче, и слова, сказанные там, всерьез используются для созыва…. Правильно понимаю, что Комитет по этике больше не собирался после моего случая? Я, получается, самое ужасное, что этически несовместимо с российским футболом. Не ситуации, когда футболисты находятся в судах или кого-то избивают, а именно моя шутка. Мне кажется, ваши коллеги как троллинг для несуществующего Комитета по этике долгое время использовали вопрос «нашли ли вы Слуцкого?»

– Когда вы вернетесь в Россию, этот орган активизируется и встряхнется.

– Он мне рекомендовал извиниться, но я не учел его рекомендацию. Что дальше? Он меня вышлет из страны?

admin

Поadmin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *